Хилье-и Шариф

(Из Тирмизи): Пророк (cас) сказал: "Если кто-то будет видеть Хилье (каноническое искусство, содержащее словесный портрет Пророка) после меня, то это то же самое, как если бы он на самом деле видел меня, а тому, кто будет видеть это из любви ко мне и желания меня, Господь запретит огню Ада дотронуться до него. Он будет спасён от испытаний могилы, и он не будет выставлен нагим в День Воскресения".

Передано Али (да будет доволен им Всевышний), который, когда его просили описать Пророка (сас), говорил: "Он был не слишком высоким и не слишком низким. Он был среднего роста. Его волосы не были короткими и вьющимися и негустыми, а что-то среднее. Его лицо было не узким и не круглым, но имело округлую форму. Его кожа была белой. Его глаза были чёрными. У него были длинные ресницы. Кость его была крупной, а плечи широкими. На теле у него не было волос, кроме как посередине груди. У него были большие руки и стопы. Когда он шёл, то слегка наклонялся, как будто спускался с горы. Когда он смотрел на кого-либо, то поворачивался всем лицом.

Между лопатками у него была печать пророчества: признак того, что он был последним из пророков. Он был самым щедрым из всех, самым правдивым в речи, обладал наилучшим нравом и был самым благородным по происхождению. Тот, кто видел его, приходил в благоговение. А тот, кто близко общался с ним, проникался к нему любовью. Каждый, кто описывал бы его, сказал бы следующее: "Я никогда не видел ни до него, ни после него никого подобного ему. Да будет мир с ним".

Рассказано Ата Бин Йасаром. Он говорил: "Я встретил Абдуллу ибн Амра аль-Ас и сказал: "Расскажи мне о том, как выглядит Пророк Бога, мир ему".

Он сказал: "Да, конечно. Клянусь Господом, его описание есть в Торе и в Коране

"О, Пророк, мы послали тебя как свидетеля, посланника хороших вестей и как

предупреждающего и защитника всех слабых. Ты - мой слуга и Пророк. Я назвал тебя:

"Тот, кто надеется, полагается на Меня”.

"Он не был ни грубым, ни резким и не был он из тех, кто повышает голос и создаёт много шума на рыночной площади. Он не отвечал злом на зло, но всегда прощал. Его не забрал бы Господь до тех пор, пока он не выпрямил согнутых людей и до тех пор, пока они бы не признали, что нет другого Божества, кроме Бога Единого, Всевышнего, и не открыли бы ослепшие глаза, глухие уши и закрытые сердца. О, Господь, даруй Милость и Мир нашему Пророку Мухаммаду(сас) и его семье".

Аль-Хасан, сын Али (да будет Господь доволен ими обоими) сказал: "Я спросил своего дядю Хинда, сына Абу Халя об Хилье (описании) Божьего Посланника (сас). Хинд был известен как выдающийся повествователь жизнеописания Пророка (сас), и я попросил его рассказать часть описания мне, чтобы я смог твёрдо придерживаться этого".

Хинд говорил: "Пророк Всевышнего (сас) был очень важен для Бога и глубоко почитался среди людей. Его лицо сияло подобно полной луне. Ростом он был выше среднего и он был худощав. Его голова была крупной, а волосы волнистыми. Если у него на голове был пробор, то он его оставлял, а если нет, то его волосы не доходили до мочки уха. Его цвет лица был светлым. У него был широкий лоб, дугообразные густые брови, между которыми был промежуток. Между ними находилась артерия, которая надувалась и пульсировала, когда он сердился. Его нос был с горбинкой; верхняя часть его (носа) была блестящей, и поэтому те, кто был менее наблюдательным, думали, что он надменный. Его борода была густой. Его глаза были очень чёрными, а белки - белыми. Его скулы не выдавались вперёд; его рот был широк. Его зубы были белыми, а в передних зубах был промежуток.

"У него на груди была ровная прядь волос, и это было подобно статуе из слоновой кости с чистотой серебра. Его фигура была хорошо пропорциональной, а тело - крепким. В его мускулатуре не было вялости; его грудная клетка не выпирала над животом и наоборот. Его грудь была широкой, а плечи большими и мускулистыми. У него были крупные руки и ноги. Те части тела, которые можно было видеть, когда он был одет, сияли. На его теле от шеи до пупка по прямой росли волосы. На его сосках волосы не росли. Его предплечья, плечи и верхняя часть груди были покрыты волосами. Кости его предплечий были длинные. Его ладони были широкими и крепкими. Его руки и стопы были полными. Его конечности - длинными. У него были длинные сухожилия. У него был высокий подъём стопы. Его стопы были гладкими без выпуклостей. Когда он шёл, то двигался решительно. Он ступал уверенно и неспешно, без гордыни. Он шёл мягко и с достоинством, и когда хотел идти быстро, делал широкие шаги. Когда он шёл, создавалось такое впечатление, что он шёл вниз по склону, а когда он смотрел на кого-либо, он полностью поворачивался в сторону этого человека.

Он потуплял взор и больше смотрел вниз, чем вверх. Он никогда не смотрел пристально. Он вёл своих сподвижников, идя позади них из-за скромности, и всегда первым приветствовал их".

На этом моменте аль-Хасан сказал Хинду: "Опиши мне, как он говорил".

Хинд сказал: "Пророк Всевышнего (сас)3 был постоянно полон забот. Он всегда пребывал в глубоких мыслях. Он был постоянно занят и не говорил без причины. Он был молчалив длительный период времени. Он начинал разговор и заканчивал его ясно и чётко, и говорил таким образом, что мог обрамить несколько значений в малое количество слов. Он искусно выражался, без излишка и неестественной краткости. Он был мягким по природе и не резким, и не относился ни к кому презрительно. Он восхвалял те блага, которые получал, даже если они были незначительными и малыми. Он никогда не жаловался на них.

Он никогда не критиковал еду или питьё, которые были ему приготовлены, а также он не хвалил сверх меры. Никто не мог противостоять его гневу, когда дело касалось противостояния истины Всевышнего, до тех пор, пока он не победит, но от него никогда не исходил гнев и он никогда не стремился выиграть такой спор. Он жестикулировал всей ладонью. Когда он был в изумлении, его ладонь была повёрнута внутренней стороной вверх. Он часто двигал руками, когда говорил и ударял свою левую ладонь большим пальцем правой руки. Когда он гневался, он отворачивался и отво дил взгляд, а когда он был переполнен радостью, то потуплял взор. В большинстве случаев он смеялся так, как будто улыбался, а если и смеялся, то негромко и немного показывал свои зубы, которые были как градины".

Аль-Хасан говорил: "Я хранил это описание для себя, вдали от (моего брата) аль-Хусейна в течение некоторого времени, а затем рассказал ему, но он уже слышал его и узнал даже больше. Он спросил нашего отца Али о том, каким был наш Пророк (сас) дома, а также когда выходил на собрания и встречи и о его образе жизни". Аль-Хасан ничего не упустил.

Аль-Хусейн сказал: "Я спросил своего отца Али (да будет доволен им Всевышний) о том, каким был Пророк (сас) дома".

Он (Али) сказал: "Он всегда спрашивал разрешения войти в дом у Бога и у тех, кто внутри этого дома. Дома он делил своё время на три части: одну часть - для Бога, одну - для семьи и одну - для себя. А свою порцию он в свою очередь делил между собой и людьми. Его избранные сподвижники разделяли в основном с ним это время, и они передавали его слова обычным людям.

Он ничего не держал втайне от них: ни знания, ни мирское.

Это был его путь: предпочитать людей высокого уровня развития согласно их достоинствам в религиозных делах. Среди них были люди с одной нуждой, с двумя нуждами и со многими нуждами. Он работал с ними и давал им занятия в общине, чтобы они могли поправить свою ситуацию. Он делал это, спрашивая их об их нуждах, и сообщая им о том, что они должны были делать. Он говорил: "Пусть присутствующие из вас сообщат тем, кто отсутствует и принесёт мне нужду того, кто сам не может мне об этом сказать. Воистину, того, кто сообщает человеку с полномочиями о нужде того, кто не может сказать об этом сам, Господь твердо поставит на ноги в Судный День". Эта тема была упомянута в его присутствии, и он не принимал ничего другого ни от кого (ему не нравились бесполезные разговоры, а нравилось лишь говорить о том, как помочь людям)".

Али затем сказал в Хадисе Суфьяна ибн Уаки: "Они придут подобно разведчикам (будут искать решений или знаний), и они не смогут про должить путь до тех пор, пока не найдут то, что искали, и затем они уйдут уже будучи наставниками и учёными".

Я сказал (Хусейн своему отцу Али): "Расскажи мне о том, когда он выходил из дома и как вёл себя вне дома".

Али сказал: "Пророк Всевышнего (сас) оберегал свой язык за исключением тех вопросов, которые касались его сподвижников. Он поощрял любовь и согласие между ними и не произносил ничего того, что могло бы отдалить людей друг от друга. Он чтил благородных людей, которые приходили к нему, и возводил их в лидеры. Он был осмотрителен среди некоторых людей и был настороже с некоторыми из них (особенно с кочевниками), но он никогда не удерживал ни от кого свою открытую дружелюбность и добрый нрав. Он интересовался у своих сподвижников об их ситуациях и спрашивал у людей, что между ними происходит. Он одобрял всё хорошее и выступал в защиту этого, осуждал всё низменное и непристойное и не поддерживал это.

"Всё, что он делал - было умеренным, без излишка или своеволия. Он не был беспечным, бездумным, из страха, что те, кто приходят к нему станут забывчивыми или потерявшими терпение. Он был подготовлен к любой ситуации в этом мире и в следующем. Ему всегда удавалось реализовывать то, что было истинным, и он не переходил границы своих полномочий по отношению к своим приближённым. Самыми заслуженными и превосходными людьми для него были те, чьи советы были самыми всеохватывающими и универсальными; самыми важными из них были для него те, кто приносил наибольшую пользу окружающим, а самыми полезными - те, кто помогал другим нести их ношу".

Затем аль-Хусейн сказал: "Затем я спросил его (Али) о его собраниях и о том, что он там делал, и он сказал: "Пророк Всевышнего (сас) не садился и не вставал, не упомянув имя Господа, и он не держал для себя какое-то определённое место среди сидящих и также запрещал другим занимать места для себя (особенно в мечетях и общих собраниях). Когда он шёл на какое-то собрание, он сидел на ближайшем подходящем месте и велел остальным придерживаться этого. Тем, кто сидел рядом с ними, он уделял полное внимание таким образом, что никто не думал, что другим было оказано большее предпочтение, чем остальным. Каждый раз, когда рядом сидящий рассказывал ему о своих нуждах, он терпеливо выслушивал этого человека до тех пор, пока этот человек сам не уходил.

Когда кто-то просил его решить какую-то проблему, он не говорил этому человеку уходить до тех пор, пока не решит эту проблему или хотя бы не скажет успокаивающее слово или молитву для её разрешения. Его жизнерадостность и открытость ощущались всеми окружающими, и он был всем как отец. Они приходили к нему за милостью и сопереживанием, как будто они состояли в близком родстве, подобно отношениям родителя и ребёнка, отличающиеся лишь добродетелью и преданностью Господу. А согласно другому повествованию, они стали равными в его глазах касательно своих прав.

"Собрания с ним были собраниями кротости, достойного поведения, скромности, терпения и доверия. Никогда не повышался голос, никогда не говорили о женщинах в дурном тоне и никогда не говорили о человеческих недостатках. (Этот абзац встречается в разных повествованиях). Они относились друг к другу с любовью из-за благоговения к Господу и были смиренными людьми. Они приходили на помощь нуждающимся и сопереживали людям".

А затем я спросил его (Али) о поведении Посланника среди своих ближайших сподвижников и служителей.

(Али) сказал: "Пророк Господа (сас) был вечно жизнерадостным, с лёгким характером и кротким. Он не был ни резким, ни грубым. Он не был крикливым болтуном и не произносил непристойных слов. Он никогда ни на кого не жаловался, но также и не захваливал никого.

Его не интересовало то, что ему было не нужно, и это его не беспокоило.

Он не позволял своей душе ни капли из трёх вещей: лицемерие, жадность и того, что его не касалось.

Он не позволял себе вовлекаться в три вещи касательно людей: он никого не критиковал, не осуждал и не выискивал недостатков. Он не говорил ни о чём за исключением тех вещей, которые заслуживают награды от Господа.

Когда он говорил, сидящие рядом с ним сидели спокойно и тихо, так, что можно было представить птиц, сидящих у них на шее. Когда он молчал, они говорили, но никогда не ссорились в его присутствии. Когда один из них говорил, все остальные внимательно слушали до тех пор, пока он не остановится. Они говорили на ту тему, которая была затронута первым говорящим до тех пор, пока не исчерпают её. Он смеялся над тем, над чем смеялись они, и изумлялся тому, что изумляло их. Он проявлял терпение с новичком, который был резок в своих речах.

Он говорил: "Каждый раз, когда вы видите, что кто-то ищет решения проблемы, помогите ему". Он не искал похвалы, кроме того, чтобы о нём говорили соответствующим образом. Он не перебивал речь другого человека до тех пор, пока она не становилась избыточной или слишком долгой: тогда он-либо подводил её к концу, - либо вставал и уходил".

На этом Хадис Суфьяна ибн Уаки заканчивается. Через других повествователей аль-Хасан продолжает словами своего брата аль-Хусейна. Я сказал Али: "Каким было молчание Пророка Всевышнего (сас)ё"

Он сказал: "Он держал молчание в четырёх ситуациях: долготерпение (выдержка), предостережение, оценивание и размышление. Что касается оценивания, то это было для беспристрастного изучения происходящего и выслушивания людей для того, чтобы быть справедливым. Что касается размышления, это было о том, что является вечным, а что - преходящим. Его выдержка была частью его терпения, он не сердился на то, что было вызывающим. Его предостережение было по четырём причинам: он брал хорошие речи или поступок во внимание для того, чтобы применять это как пример для подражания; предупреждал обо всём скверном и плохом для того, чтобы это полностью оставили; высказывал своё суждение для улучшения ситуации своей общины и налаживал пути для поддержания хорошего порядка своей общины касательно этого мира и следующего".

Описание завершено, благодарность и хвала Богу за Его помощь.

twitter twitter twitter twitter twitter Психологические и личностные тренинги и семинары на Самопознание.ру